Переходим эту реку вброд
27 июня, 2023
Как пишет Ялом, «большинство клиентов, вступающих в группы, имеют за плечами в высшей степени неудовлетворительный опыт в своих первых и наиболее важных группах — в родительских семьях».
К сожалению, мой опыт, личный, человеческий, опыт пребывания в своей тоже первой и наиболее важной группе — родительской семье, а также опыт профессиональный, опирающийся на практику и исследования семейных историй, также свидетельствует о несоответствии желаемого (то, что дети, ставшие взрослыми, хотели иметь в своём детстве) действительности.
В семьях, таким образом, формируется опыт взаимодействия с «большими», родительскими фигурами. Взаимодействие часто строится через манипуляции, втягивание в триангуляцию, обесценивание, психологическое насилие, пассивную агрессию, конкуренции, тоске по слиянию, с идеей на то, что другой человек должен понимать без слов и т.п.
Терапевтическая группа участникам, пришедшим на неё, во многом напоминает семью: есть люди, исполняющие «родительские» и «братские» функции, глубокая личная откровенность, сильные эмоции, а также большая человеческая близость наряду с такими чувствами, как враждебность и конкурентность. Рано или поздно, члены группы начинают взаимодействовать с руководителями и друг с другом примерно также, как они взаимодействовали с родителями и с родными братьями и сёстрами, и это неизбежно.
«Если руководители группы воспринимаются как «родители», то они и вызывают реакции, ассоциирующиеся с родителями (авторитетными фигурами): одни члены группы становятся беспомощными и зависимыми от руководителей, которых они наделяют нереалистическими знаниями и силой; другие слепо отвергают руководителей, воспринимая их как инфантилизирующих и чрезмерно контролирующих; третьи опасаются руководителей, которые по их мнению, стремятся лишить членов группы их индивидуальности; четвертые, стремясь спровоцировать «родительские» разногласия и соперничество, пытаются вбить клин между терапевтами. Одни с наибольшей полнотой раскрываются в отсутствие одного из терапевтов; другие отчаянно конкурируют с теми или иными членами группы, стремясь привлечь к себе максимальное внимание терапевтов и их заботу; третьи буквально умирают от зависти, когда внимание руководителя приковано к другим; четвертые тратят энергию в поисках союзников среди других членов группы, чтобы «свергнуть» терапевтов, в то время как пятые пренебрегают собственными интересами в якобы неэгоистичных попытках угодить руководителям и другим членам группы». (И. Ялом, М. Лесц «Групповая психотерапия»).
Здесь важно, разумеется, не проявление особенностей и прежнего опыта в группе, а проявление его для дальнейшей возможности пробовать строить отношения иначе, менять стиль коммуникации, устанавливать новые норы, прожить непрожитое и оплакать неслучившееся в отношениях родительской семьи, решить проблемы, не решенные многое лет назад.